23  н о я б р я  2013

 

Такое броское название голландский архитектор Рем Колхас (Rem Koolhaas), профессор архитектуры и городского дизайна Гарвардского университета, дал истории создания фрески «Человек на распутье» знаменитым мексиканским художником  Диего Риверой в Рокфеллеровском центре в Нью-Йорке. Интересная и во многом поучительная история создания и гибели величайшей фрески 20-го века действительно заслуживает внимания, тем более что ее истоки ведут в Советский Союз.

Диего Ривера был страстным импульсивным человеком, не всегда казавшийся последовательным, но всегда имевший твердые убеждения. Его яркая личность и сильный характер получили дополнительное развитие во время мексиканской революции. Ривера стал художником-монументалистом по призыву президента страны Альваро Обрегона, обратившегося  к мексиканским художникам с призывом украсить стены городов национальными росписями. В 1922 году он вступил в ряды Коммунистической партии Мексики и, безусловно, мечтал посетить великую страну, первой освободившую рабочих и крестьян от власти капитализма. Такая возможность вскоре представилась.

В 1927 году Ривера приехал в Москву для участия в праздновании десятой годовщины Октябрьской революции в составе международной делегации рабочих и крестьян. Свои впечатления от торжеств на Красной площади восхищенный художник описывал так: «Миллионы трудящихся москвичей, отмечающих свой главный праздник… волнующееся море багряных полотнищ, стремительное, напряженное движение кавалерии… кубический узор грузовиков, груженых солдатами с винтовками… сплоченные квадраты марширующей пехоты… широкая, увенчанная знаменами, несущая транспаранты, змеящаяся река неторопливых, радостных, поющих мужчин и женщин большого города, целый день и до глубокой ночи марширующих через огромную площадь».

 

1 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Парад в Москве на Красной площади в честь 10-й годовщины Октябрьской революции, 7 ноября 1927 года. Неизвестный фотограф. Государственный центральный музей современной истории России, Москва.

 

На параде в честь 10-й годовщины Октября Ривере, как видному мексиканскому коммунисту, отведено место на Мавзолее, недалеко от Сталина. Искусство художника, его революционный настрой и бьющая ключом пролетарская энергия высоко оценены молодым советским Правительством. 24 ноября Ривера подписывает договор с Наркомом  просвещения Луначарским о создании настенной росписи в клубе Красной армии, «а также о подготовке серьезного проекта для новой библиотеки имени В.И. Ленина, которая строится в Москве».

Во время пребывания в Москве Ривера преподает, читает лекции в Комакадемии (Коммунистической академии), его работы публикуются в художественных и литературных журналах. В марте 1928 года вместе с 28 советскими художниками, фотографами, кинематографистами и архитекторами он подписывает манифест группы «Октябрь». Членами «Октября» были А. А. и В. А. Веснины, М. Я. Гинзбург, А. А. Дейнека, Г. Г. Клуцис, Л. М. Лисицкий, Д. С. Моор, Э. И. Шуб, С. М. Эйзенштейн и другие. «Октябрь» пропагандировал пять основных видов деятельности: рациональное архитектурное планирование и строительство; художественный дизайн предметов массового потребления; дизайн центров «нового общественного способа жизни», включая клубы, читальни и столовые; организацию массовых фестивалей; художественное образование.

 

2 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Обложка советского журнала «Красная Нива» с иллюстрацией Риверы, №12, 17 марта, 1928. Цветная оффсетная литография, 22,8 x 30,4 cm. © 2011 Банк Мексики, Траст музеев Диего Риверы и Фриды Кало, Мексика, Д.Ф. / Общество прав художников.

 

Несмотря на активное участие в культурной жизни молодой Страны Советов, Ривере не суждено было реализовать свои творческие планы  в Москве. Не простившись с друзьями и коллегами, 2 мая 1928 года он спешно покидает СССР, увозя с собой блокноты  и, разумеется, «зарисовки на скрижалях памяти». Истинные причины его  отъезда так и остались неизвестны, хотя посещение Советского Союза настолько  сильно повлияло на художника, что в 1929 году Ривера официально вышел из рядов Компартии Мексики и стал активным сторонником антисталинского движения в мире, не изменив при этом своим марксистским взглядам.

 

3 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Диего Ривера. Первомай в Москве. 1928.

 

После возвращения на родину Ривера выполняет несколько настенных росписей на сюжеты из истории ацтеков, но в большей степени его привлекают социальные аспекты современной жизни. В Мехико он украшает стены Национального дворца росписями, среди которых «Банкет миллиардеров»: Рокфеллер, Морган и Генри Форд обедают лентой телеграфного аппарата. Теперь уже образы  капиталистической Америки привлекают и вдохновляют Риверу – от индустриальных пейзажей и лент сборочных конвейеров до бесконечных  хлебных очередей.

«Американский дебют» Риверы  состоялся в 1930 году с росписи стены в ланчен-клубе Тихоокеанской биржи в Сан-Франциско, продолжившись в калифорнийской Школе изящных искусств (ныне Институт Искусств Сан-Франциско). Несмотря на неоднозначную оценку его политических взглядов, работа была завершена без инцидентов.

В 1931 году Музей современного искусства МоМА, созданный при активном участии Эбби Рокфеллер (Abby Aldritch Rockefeller) – большой поклонницы и самого крупного коллекционера работ Диего Риверы, предложил организовать персональную выставку художника. За пять недель до открытия, 13 ноября 1931 года, Ривера приезжает в Нью-Йорк для работы над семью передвижными панно, два из которых должны были быть посвящены американским сюжетам.

 

4 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Диего Ривера пишет «Восстание» в мастерской в здании Музея Современного искусства. 1931. Фотография Ассошиэйтед Пресс. Коллекция искусства Юго-запада Джерри Бивотерса, библиотека искусства Джейка и Ненси Хамон, университет Южный Методист, Даллас.

 

Ривера создал три композиции, по замыслу художника олицетворявшие Нью-Йорк: «Отбойный молоток», «Электросварка» и «Замороженные активы».  Последняя изображала три уровня Нью-Йорка: внизу – банковское хранилище с его «замурованным»  богатством, в центре – городской приют для бездомных, где люди, точно мертвые тела в морге, лежат на холодном полу, и на самом верху – застывшие величественные небоскребы, словно надгробия на могиле бизнеса.  Фрески были написаны за короткий срок и с таким опозданием, что не были включены в каталог выставки. Критический, «подрывной» настрой «американских сюжетов» Риверы разглядели, когда уже было слишком поздно. Очевидная политизированность панно вызвала многочисленные противоречивые отзывы в прессе, что стало хорошей рекламой – выставка побила рекорды посещаемости МоМА.

 

5 823x1024 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

 

Следующей крупной работой художника в США стала настенная роспись во дворе Детройтского Института искусств. Заказ сделала в июне 1932 года Комиссия искусств Детройта под председательством Эдзела Форда (Edsel Ford), сына автомобильного магната Генри Форда.

 

6 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Диего Ривера рисует «Зародыш в луковице растения» на восточной стене своей росписи в Детройте. 1932. Неизвестный фотограф. Архив института искусств Детройта. © 2011 Банк Мексики, Траст музеев Диего Риверы и Фриды Кало, Мексика, Д.Ф. / Общество прав художников.

 

7 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

 

Роспись, состоявшая из 27 панелей, вызвала яростный гнев католиков, назвавших ее антирелигиозной и утверждавших, что одна из панелей – «Вакцинация» является карикатурой на Святое семейство. На ней в сцене рождения Христа трое волхвов были заменены художником на  трех докторов в белых халатах, делающих прививку Христу-младенцу.  Ривера отрицал все обвинения, объясняя, что хотел воспеть науку, внесшую большой вклад в сохранение жизни. Нападки на другие панели состояли в обвинениях в коммунистической пропаганде. В результате городской Совет поспешил снять панели со стены. Через какое-то время страсти поутихли, и в конечном итоге Комиссия искусств Детройта приняла росписи 12 апреля 1933 года.

Скандалы вокруг этой работы были предвестниками того, что произойдет впоследствии в Нью-Йорке. Еще до начала работы в Детройте Ривера активно участвовал в обсуждении другого проекта настенного панно – в главном здании строящегося Рокфеллеровского центра. История комплекса началась в 1928 года, когда Джон Д. Рокфеллер младший купил в центре Манхеттена 22 акра земли и решил построить на ней двенадцать идентичных зданий. К строительству привлекли четыре архитектурные фирмы и 39 художников, занятых декорированием и дизайном – от настенных росписей и скульптуры до ковров, зеркал и дверей лифтов.

 

8 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Строительство Рокфеллеровского центра на стадии рытья котлована. 1932. Фотография Нью-Йорк Дейли Ньюс.

 

Главным архитектором комплекса был Реймонд Худ (Raymond Hood), а управляющим – Нельсон Рокфеллер, сын Джона Д. Рокфеллера младшего и его жены Эбби. В 1932 году юному Нельсону было 24 года, он всерьез увлекался архитектурой и искусством.

Центральным элементом декоративного убранства комплекса должно было стать огромное панно в вестибюле главного здания на тему «человек на распутье, с надеждой готовящийся выбрать новое и лучшее будущее». В американских художественных кругах считали, что местные художники как никто другой смогут изобразить образы американской жизни. «Американские стены – американским художникам!» – вполне естественный лозунг во времена Великой депрессии. Несмотря на эти дебаты, главный архитектор Худ и менеджер комплекса Хью Робертсон (Hugh Robertson) направили предложения художникам, выбранным Нельсоном Рокфеллером: Пабло Пикассо, Анри Матиссу и Диего Ривере – принять участие в «конкурсе» по созданию росписи на заданную тему.

Критерии одобрения проекта были сформулированы достаточно конкретно – как касательно материалов (изображение на холсте, не фреска), так и по цветовой палитре (монохромная черно-белая живопись), и даже требования по нанесению лака ( 5 слоев). Надо ли говорить, что все три художника отвергли предложение. Как писал Ривера через 25 лет в своей автобиографии, выдвижение таких требований признанным художникам не могло быть расценено ими иначе как прямое оскорбление, брошенное в лицо.

73-летнего Матисса не заинтересовала заявленная тема, и он отклонил предложение, Пикассо вообще отказался принять рокфеллеровскую делегацию, а Ривера был настолько оскорблен как самой идеей участия в конкурсе, так и техническими требованиями, что в результате вступил в переписку с главным архитектором комплекса по этому поводу. По мнению художника, роспись должна быть сделана с использованием цвета, так как иначе «мы подчеркнем траурную ассоциацию, которая с фатальной неизбежностью возникает у публики от сочетания белого с черным… На нижних этажах здания всегда есть ощущение склепа… Представьте, если недоброжелатели осмелятся придумать какое-нибудь прозвище вроде «Дворца гробовщиков».

К тому времени Ривера был любимым художником Эбби Рокфеллер. Блокноты с Красной площади (48 акварелей и бесчисленные карандашные наброски), в конце концов, оказались в ее коллекции. Другие Рокфеллеры также приобретали работы художника.

Несмотря на отрицательные результаты «конкурса», Нельсон Рокфеллер не только не отказался от своего замысла украсить вестибюль монументальной росписью, но с помощью своей матери сумел добиться компромисса между архитектором здания и выбранным им художником. В результате тема получила более точную формулировку, а Ривера настоял на использовании цвета и материала – роспись должна быть выполнена в технике фрески, а не написана на холсте. Согласование условий работы заняло все лето 1932 года.

2 ноября, еще во время работы в Детройте, Ривера подписал контракт с фирмой Todd-Robertson-Todd Engineering Corporation and Todd & Brown, Inc. на создание настенной росписи в здании Американской Корпорации Радио (Radio Corporation of America (RCA) Рокфеллеровского центра, на сумму 21 тысяча долларов. Художник сразу же приступил к созданию эскизов фрески.

 

9 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Диего Ривера. Первоначальный эскиз «Человека на распутье». 1932. Карандаш, бумага, 78,7 x 180,8 cm. Музей современного искусства, Нью-Йорк. © 2011 Банк Мексики, Траст музеев Диего Риверы и Фриды Кало, Мексика, Д.Ф. / Общество прав художников.

 

1932 год – время иконографического сближения между СССР и США. Эстетика коммунизма и эстетика капитализма – две параллельные прямые – вдруг пересеклись. Сближение их визуального словаря было воспринято многими как реальное идеологическое сближение: «Коммунизм – это американизм ХХ века» – вот девиз американских коммунистов. Как следствие, наброски Риверы с Красной площади, не реализованные на стенах клуба Красной армии в Москве, легли в основу росписи манхэттенского вестибюля.

К исполнению Ривера приступил 7 марта 1933 года, сразу по завершении росписи в Детройте.

 

10 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

 

Несмотря на то, что Ривере был дан творческий карт-бланш, развитие сюжета его росписи, в которой сделан акцент на противопоставление двух идеологий, сильно беспокоило заказчиков, пристально следивших за ходом его работы. Но до поры до времени они не вмешивались в творческий процесс, пока художник не закрасил кепку на голове Ленина, затенявшую лицо Вождя. В результате портрет лысого глядящего в упор на зрителя Ленина приобрел на панно совсем другое значение и стал центральным персонажем росписи.

Это творческое развитие сюжета фрески произошло незадолго до официального открытия центра, накануне предварительного показа комплекса журналистам. 24 апреля в New York World-Telegram вышла статья репортера Джозефа Лилли (Joseph Lilly) с кричащим заголовком «Ривера рисует сцены из коммунистической жизни, Джон Д. Рокфеллер младший платит по счету». Вслед за этой статьей появились другие, включая фельетоны и иронические поэмы. Началась настоящая информационная война, которая не могла не оказать влияния на Нельсона Рокфеллера. Эбби и Нельсон Рокфеллеры уже вынуждены были реагировать на эти нападки.

Надо сказать, что внимание прессы было не в новинку Ривере. Его творчество, яркая личность, радикальные взгляды способствовали тому, чтобы любой информационный повод был использован газетчиками. Левые осуждали его за то, что он продался американским капиталистам, правые ругали за коммунистические взгляды. Он и сам постоянно давал поводы для споров благодаря своим многочисленным противоречивым интервью. В 1933-34 годах в газетах и журналах появилось более сотни посвященных ему публикаций. Разумеется, скандальная фреска, которую художник спешил завершить к открытию Рокфеллеровского центра 1 мая 1933 года, была лакомым кусочком для прессы.

Со свойственной ему деликатностью, пытаясь спасти свой грандиозный замысел, 4-го мая 1933 года Рокфеллер  пишет Ривере: «Вчера в здании номер 1, заинтересовавшись тем, как продвигается ваша поразительная работа, я заметил, что в самую недавнюю часть росписи вы включили портрет Ленина. Этот фрагмент прекрасно написан, но, мне кажется, появление портрета может обидеть огромное число людей… Хотя мне и не хочется этого делать, но боюсь, что мы вынуждены просить вас вставить лицо какого-нибудь другого человека вместо головы Ленина».

 

11 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Фреска Риверы «Человек на распутье» в процессе работы. Май 1933 года. Здание Американской Корпорации, Рокфеллеровский центр, Нью-Йорк. Фотография Люсьены Блох.

 

Ривера отказался пожертвовать Лениным, которого, кстати, не было в утвержденном эскизе росписи, и предложил в качестве компромисса дополнить роспись портретами национальных героев Америки – Линкольна, Ната Тернера, Гарриет Бичер-Стоу, Венделла Филипса, написав их на месте дамочек-картежниц и, тем самым, уравновесив композицию. Необходимо заметить, что Ривера всегда в своих композициях писал портреты реальных людей – своих ассистентов, рабочих заводов, известных современников, зачастую используя фотографии в газетах. В эскизе росписи «Человек на распутье» он передал лишь общую композицию, отметив, что планирует сделать ее ритмичной и сбалансированной за счет изображения различных поколений и типов людей.

 

19 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Этот набросок появился в журнале London Studio в июле 1933 года как свидетельство Риверы в защиту своей работы.

 

Обстановка накалялась, и как следствие, работа над фреской была неожиданно прервана. 9 мая доступ в вестибюль перекрыли. Художнику предложили спуститься с лесов, выдали ему чек на полную сумму его гонорара и попросили покинуть помещение вместе с командой. Современники так описывали происходившее: «Улицы вокруг центра патрулируются конной полицией, в воздухе рокочут аэропланы, которые кружат вокруг небоскреба, оскверненного портретом Ленина… Пролетариат отреагировал незамедлительно. Через полчаса после того, как мы эвакуировали гарнизон, на поле сражения прибыла демонстрация из самых воинственно настроенных рабочих. Конные полицейские тут же показали свою несравненную, героическую доблесть, атаковав демонстрантов и ударом дубинки повредив спину семилетней девочке. Так была одержана славная победа капитализма над портретом Ленина в битве при Рокфеллеровском центре…».

 

14 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Демонстрация у Рокфеллеровского центра в знак протеста против отстранения Риверы от работы над фреской. 18 мая 1933 года. Фотография Нью-Йорк Дейли Ньюс.

 

8 мая 1933 года, накануне трагического прекращения работ над панно, жена художника Фрида Кало сообщила ассистенту Риверы Люсьене Блох (Lucienne Bloch), что «дела принимают слишком серьезный оборот» и попросила ее сделать  фотоснимки росписи. В итоге от фундаментального произведения до нас дошла лишь небольшая серия черно-белых снимков…  Грандиозную фреску размером 99 квадратных метров  постигла трагическая участь. В течение осени и зимы 1933-34 гг. Нельсон и Эбби Рокфеллеры вместе с сотрудниками МоМА предпринимали попытки перенести фреску в музейное пространство, но технически это сделать было невозможно. После инцидента в течение девяти месяцев фреска была задрапирована тканью, а 9 февраля 1934 года она была разбита молотками и уничтожена рабочими. Кремль снова стал лифтовым холлом.

 

15 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

 

Художник, которому не удалось завершить свой монументальный труд, поклялся писать эту фреску снова и снова, пока не закончатся деньги, полученные от Рокфекллера. Так в 1934 году был создан уменьшенный вариант фрески, который Ривера написал на стене Дворца Изящных искусств в Мехико Сити, под названием «Человек, властелин вселенной». В новой композиции нашлось место и самому Нельсону Рокфеллеру – художник изобразил его в ночном клубе с бокалом мартини и расположил портрет под парящими клетками сифилиса.

 

16 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Диего Ривера. «Человек, властелин вселенной».

 

17 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

Фрагмент фрески «Человек, властелин вселенной» с изображением Ленина.

 

Безусловно, мексиканский вариант фрески поражает своей мощью и художественными достоинствами. Но оригинальный замысел художника, воплотившись в «Человеке на распутье», должен был потрясти зрителя – огромная фреска, концентрирующая урбанистическую энергию ни с чем не сопоставимого уникального архитектурного комплекса. Не видя самого произведения, мы все-таки можем оценить гениальность созидательной мысли художника.

Еще не зная, какая трагическая судьба ожидает его детище, Ривера так описывал замысел росписи в журнале «Лондон студио» в июле 1933 года: «Во всех своих элементах моя фреска композиционно выполняет пластическую и архитектурную роль в том месте, где она расположена, и само пространство задает выбранную тему. Проблема была в следующем: здание самое высокое и наиболее значительное во всем комплексе, образующем Рокфеллеровский центр, и стена, на которой написана фреска, находится непосредственно на пересечении осей комплекса. Таким образом, принципиальной задачей было подчеркнуть эти оси и, одновременно, высоту 67-этажного здания, верх которого часто скрыт облаками. По этой причине я использовал телескоп в моей композиции, чтобы подчеркнуть чувство уходящей в бесконечность высоты, и микроскоп – чтобы передать битком набитый город с его бесчисленными массами людей и вещей. Пересечением макрокосма и микрокосма является атом, клетка. Человек являет собой точный пластический центр здания, в то время как различные сцены вокруг него выражают относительное положение здания во времени и пространстве.  Задний план обрамляет круг, сформированный динамо-машиной, сектора этого круга разделяют пространство и время: между его генерирующими энергию частями другие части круга, центром которого является атом, изображают ум и растительную жизнь, болезнь и смерть, войну и мир, капитализм и социализм, все проявления негативной и позитивной энергии, необходимой для функционирования жизненных сил».

 

18 Кремль на Пятой авеню. К 80 летию создания фрески Риверы в Рокфеллеровском центре.

 

Тема вандализма в культуре и искусстве периодически вызывает волну общественного протеста. Как правило, это бывает, когда уничтожаются произведения великих мастеров – иногда в массовом масштабе, как это было в 1930-е годы с немецким авангардом и «дегенеративным искусством». Но задуматься об ответственности нужно всем – большим и малым – коллекционерам, о сохранении культурного наследия, обладателями которого они являются.

Выступая в защиту своего произведения, Ривера так говорил об этом в интервью газете New York Times в мае 1933 года: «Это не вопрос законности. Это вопрос морали. Они нарушили два элементарных фундаментальных права – право художника создавать, выражать себя, и право получить оценку мира, будущих поколений».  Характеризуя отношение Рокфеллеров к своей работе, он выражал общее мнение  выдающихся художников, обеспокоенных тем, что выживание их произведений зависит от законных владельцев, что к произведению искусства нельзя относиться как к предмету потребления, что внутренний мир художника, выраженный в предмете искусства, принадлежит культуре и будущим поколениям.

 

ИСТОЧНИКИ:

Рем Колхас «Нью-Йорк вне себя», Москва, Strelka press, 2013.

Переписка Рокфеллера и Риверы весной 1933 года

http://xroads.virginia.edu/~ma04/hess/rockrivera/mainframe2.html

http://xroads.virginia.edu/~ma04/hess/rockrivera/bios/LondonStudio_07_1933.html

Jennifer Mundy “Lost Art. Missing artworks of the Twentieth Century.” Tate publishing, 2013

http://www.riveraexperts.com/bio/rivera_soviet.html

Первоначальный набросок фрески «Человек на распутье»

Выставка Риверы в МоМА в 2012 году